ЛЕРМОНТОВ Михаил Юрьевич (1814 -1841)


Цементирующими началами здесь выступает лиризм и психологизм драмы. «Маскарад» - драма-трагедия не только социально-психологическая, но и философская. Сопряжение этих пластов дало поэту возможность постановки в драме широкого круга важнейших проблем: человек и среда, человек и общество, свобода и предопределенность, добро и зло, преступление и наказание, «омертвение» и «воскресение» души в неустроенном человеческом мире. Их постановкой в своем вершинном драматическом произведении Лермонтов предварял не только свою дальнейшую творческую эволюцию, но и последующее развитие русской литературы. В этот же переходный период поэт работал над романом в стихах «Сашка» и романом в прозе «Княгиня Лиговская», оставшимися незавершенными, но явившимися непосредственным подступом к главному произведению Лермонтова - роману «Герой нашего времени».

Зрелое творчество поэта открывается его стихотворением «Смерть Поэта» — первым и самым глубоким поэтическим откликом на гибель Пушкина. Это - этапное произведение поэта, впитавшее в себя темы и мотивы предшествующей его поэзии, и многое предопределившее в его последующей творческой судьбе. Рассмотрение «творческой предыстории» «Смерти Поэта» дает представление о сочетании в лермонтовском творческом процессе импровизационности и вместе с тем глубочайшей выношенности его зрелых творений. Это, прежде всего, относится к образу погибшего поэта - одинокого и бесстрашного борца, вступающего в столкновение с «мнениями света» и трагически гибнущего в неравной схватке. Мотив «обманутых надежд», столь значительный для современников Пушкина и Лермонтова, ставший одним из ключевых в «Смерти Поэта», буквально «вырос» из предшествующей лермонтовской поэзии. Не менее характерен для предшествующей лермонтовской поэзии и мотив возмездия, занимающий такое большое место в «Смерти Поэта». Образ Пушкина - центральный в стихотворении. Он раскрывается не только в прямых оценках, но и через систему других образов. Поначалу речь идет о столкновении поэта со «светом», изображаемым как безликая масса. Затем показывается крупным планом фигура Дантеса - слепого орудия света в расправе с поэтом. В заключительных 16-ти строках поэт клеймит стоявшую за спиной Дантеса и света правящую верхушку, палачей «Свободы, Гения и Славы». Именно к ним обращены пророческие слова поэта: «Но есть и божий суд, наперсники разврата! Есть грозный суд: он ждет...»

В структуре «Смерти Поэта» отчетливо выделяются три части. Первая, состоящая из 33 стихов, воспроизводит картину гонений и гибели великого поэта. Во второй, начинающейся словами: «И он убит - и взят могилой», а кончающейся стихом: «И на устах его печать» (23 стиха), преобладают элегические интонации надгробного раздумья о трагической судьбе поэта.