Исаак Левитан (1860-1900)

Среди русских пейзажистов последней четверти 19 века Левитан занимает одно из ведущих мест как мастер реалистического пейзажа, поэт-лирик русской природы.

Исаак Ильич Левитан родился в семье мелкого железнодорожного служащего, в местечке Кибарты, близ станции Вержболово, у границы с тогдашней Пруссией. Детство его было безрадостным. Рано потеряв отца и мать, Левитан оказался в Москве без всяких средств к существованию и жил впроголодь, на три копейки в день.

Настойчивое стремление вырваться из тисков унизительной нужды и несомненное дарование привели тринадцатилетнего Левитана в Московское Училище живописи, ваяния и зодчества, где он получил художественное образование у А. К. Саврасова и В. Д. Поленова. Один из самых талантливых учеников пейзажного класса, Левитан вышел из стен Училища с дипломом учителя рисования и чистописания.

Творчество Левитана протекало в очень сложный период общественной жизни России. В самом начале восьмидесятых годов после убийства царя началась полоса жесточайшей реакции, когда тысячи лучших русских людей были брошены в тюрьмы и угнаны на каторгу. Художник на себе испытал всю меру подлости царского законодательства, позволявшего черносотенцам и антисемитам безнаказанно глумиться над евреями и другими «инородцами». Левитана дважды лишали права жительства в Москве (в 1879 и 1892 гг.), пытаясь выдворить его из столицы «за черту оседлости», где было дозволено селиться евреям. И только заступничество Товарищества передвижников спасло Левитана от этого надругательства.

Хорошо сказал об этом времени Александр Блок:

В те годы дальние, глухие,
В сердцах царили сон и мгла:
Победоносцев над Россией
Простер совиные крыла...

Левитана как художника «породила переживаемая им эпоха п нянчила нужда» (Я. Д. Минченков).

В ранний период творчества Левитан увлекается очень скромными мотивами русской природы: «Мостик. Саввинская слобода» (1884), «Березовая роща» (1885—1889), «Первая зелень Май» (1888) —все эти пейзажи согреты ощущением светлой радости бытия.

В ежегодных поездках на Волгу (1886—1890) «искусство Левитана окрепло, получило свою физиономию» (М. В. Нестеров). Талантливый пейзажист «с особой нотой», он проникается величавой красотой волжских просторов и в то же время осознает ограниченность своих прежних живописных навыков, мало пригодных; для изображения Волги-матушки. Именно тогда Левитан пожаловался в письме Чехову: «Может ли быть что трагичнее, как чувствовать бесконечную красоту окружающего... и не уметь, сознавая свое бессилие, выразить эти большие ощущения». Левитан теперь одержим желанием проникнуть в состояние природы, стремится создать пейзаж-картину, которая будет воздействовать на зрителя не протокольными деталями, вызывающими удивление у публики, а настроением общей цветовой гармонии и обобщенно выразительными формами.

Волжские пейзажи, показанные на передвижнических выставках, поставили Левитана в первый ряд мастеров пейзажной живописи. На выставках Товарищества Левитан начал выступать с 1884 года. Но старики передвижники были немилостивы к Левитану, приняв его в члены Товарищества лишь в 1891 году и то под давлением таких влиятельных художников, как Поленов и Репин.

Левитан берег свою славу, придирчиво относился к своим работам и, как рассказывают его современники, нередко менял уже готовую экспозицию выставки, переделывал или уничтожал те картины, которые были одобрены товарищами.

Натурные этюды служили художнику незаменимым подспорьем в создании пейзажной картины, выполняемой в мастерской. По этюдам были написаны почти все левитановские картины, получившие широкую известность. Он сумел сохранить в них свежесть восприятия природы. Кажется, что его «Березовая роща» или «Золотая осень», «Вечер на Волге» или «Свежий ветер. Волга» (как и многие другие работы) написаны прямо с натуры.

В девяностые годы были созданы наиболее значительные произведения Левитана, в которых ему удалось с исчерпывающей полнотой выразить свои «большие ощущения», свое отношение к сокровенным проявлениям природы. В этом ряду картин особое место занимает «Вечерний звон», где главенствует несвойственное Левитану умиротворенное настроение. Беспокойством измученной души веет от картины «У омута».

Предварительный этюд к этой вещи художник писал с натуры в имении «Берново». Возможно, художник знал народное поверье о «гиблом месте», о том, что здесь у плотины бросилась в омут крепостная девушка, насильно разлученная с женихом, которого отдали в солдаты.

Одновременно с картиной «У омута» появилась «Владимирка». Печальной славой известен Владимирский тракт, по которому в царской России перегоняли по этапу на каторгу в Сибирь многие тысячи осужденных, закованных в кандалы. Картина «Владимирка» вобрала в себя тревожные думы художника о судьбах России, омытой кровью борцов за ее освобождение от самодержавия.

Беспредельной тоской наполнена картина «Над вечным покоем». В ней отразились трагические размышления Левитана о скоротечности жизни человека, затерянного во вселенной, о бессмысленности его существования перед лицом вечного мироздания. Создавая эту грандиозную картину, Левитан часто слушал траурный марш из «Героической симфонии» Бетховена.

Но «глухие годы» отодвигались в прошлое. На историческую сцену выходил «его величество — пролетариат», самый боевой и организованные класс. Россия жила в предчувствии революционных взрывов.

Левитан на время забывает личные невзгоды — одиночество и недомогание. На одном из традиционных обедов по случаю открытия выставки Товарищества передвижников он с воодушевлением говорил: «Надо жить, и жить красиво! Надо побороть и забыть свои страдания, надо пользоваться жизнью, ее светом, ее радостью, как блеском солнечного дня». Этот призыв великого труженика искусства свидетельствует о его новом понимании смысла жизни.

В 1895—189 7 годы Левитан создал целый ряд мажорных произведений, радостно-звонких по колориту, по настроению. Перед ним вновь открылась вся прелесть весеннего пробуждения природы («Март», «Весна. Большая вода»), он пристально всматривался в ее дивные превращения в различные времена года («Свежий ветер. Волга», «Золотая осень»).

К великому сожалению, этот жизнерадостный период был очень кратковременным. К 1897 году давняя болезнь художника приняла угрожающий характер. Левитан знал, что он опасно болен, но все еще надеялся на лучше ее. «Дайте мне только выздороветь, и я совсем иначе буду писать. Теперь, когда я так много выстрадал, теперь я знаю, как писать»,— говорил он.

Ведущей темой творчества Левитана в последние три года его жизни стала русская деревня. Он написал несколько пейзажей на эту тему: «Лунная ночь. Деревня», «Сумерки. Стога», «Летний вечер». А. П. Чехов очень любил эти картины, считал, что от них «веет невыразимой прелестью», что от них «оторваться» нельзя.

В декабре 1899 года Левитан навестил Чехова в Ялте. Художник написал над камином в кабинете писателя панно-картину (стога сена на лугу, освещенные сумеречным лунным светом). Вместе с этим пейзажем в дом Чехова вошла живая частица истинно русской природы, по которой он постоянно тосковал, живя в Крыму.

Левитан умел выразить в пейзажной картине свои самые сокровенные мысли, чувства и переживания и одновременно раскрыть саму душу и очарование русской природы. Его картины волнуют зрителя, вовлекают его в те же переживания, которыми жил художник. Искусство Левитана ведет за собой, учит любить родину, жить красиво, забывая личные невзгоды.

Левитан умер сорокалетним, в расцвете творческих сил и таланта, так и не успев закончить свою последнюю многообещающую картину под условным названием «Озеро». Но и в незавершенном состоянии она производит неотразимое впечатление скромной красотой сельской природы, типичной для средней полосы России.

Искусство Левитана — это целая эпоха в развитии русской пейзажной живописи.